главная новости English version museum@nabokovmuseum.org

Будуар Елены Ивановны

Из помещений второго этажа будуар сохранился лучше всего. Он соседствует со спальней, самой крайней комнатой по направлению к Исаакиевской площади, где и родился Владимир Набоков.

«Я там родился – в последней (если считать по направлению к площади, против нумерного течения) комнате, на втором этаже – там, где был тайничок с материнскими драгоценностями: швейцар Устин лично повел к нему восставший народ через все комнаты в ноябре 1917 года».

Владимир Набоков, Другие берега

Будуар сохранил свой оригинальный потолок, стенные панели, оконные рамы с исторической медной фурнитурой, двери и дверные коробки с резными десюдепортами, на которых изображён вензель матери Набокова Елены Ивановны: переплетающиеся «ЕН». Сохранился и до сих пор действующий деревянный камин – единственный из множества каминов, находившихся в доме, если не считать печки в кабинете В. Д. Набокова.

Именно из будуара выглядывает на Большую Морскую знаменитый эркер или «фонарь», как его называет сам Набоков:

«У будуара матери был навесный выступ, так называемый фонарь, откуда была видна Морская до самой Мариинской площади. Прижимая губы к тонкой узорчатой занавеске, я постепенно лакомился сквозь тюль холодом стекла».

 

 

 

 

«Я там родился – в последней (если считать по направлению к площади, против нумерного течения) комнате, на втором этаже – там, где был тайничок
с материнскими драгоценностями: швейцар Устин лично повел к нему восставший народ через все комнаты в ноябре 1917 года».

«Другие берега»

sound